Суббота, 28 Ноябрь

Подписывайтесь на страницы Александро-Невской Лавры в социальных сетях ВКонтакте, Instagram



Александро-Невская Лавра сегодня

Интервью наместника Александро-Невской Лавры епископа Кронштадтского Назария.

- Свято-Троицкая Александро-Невская лавра, бесспорно, является сердцем северной столицы, как меняется ее облик?

- Лавра – старейший монастырь Санкт-Петербурга, всего лишь на 10 лет младше самого города. Она была основана волей императора Петра I, действительно, как духовный центр новой столицы. И на самом деле, это ее значение не было утеряно даже в тяжелые послереволюционные годы, когда Церковь переживала гонения, а наш монастырь был упразднен и занят различными организациями. Все равно люди помнили, что здесь был монастырь, особое, святое место. Чтобы выкорчевать эту память, нужно было гораздо больше шестидесяти лет.

Если говорить о внешнем, то Лавра сохранилась как памятник архитектуры XVIII – XIX вв. Конечно, во время войны и из-за варварского использования в XX веке многие ее здания пострадали, были перепланированы внутри, кое-что разрушено. Проводились реставрационные работы. Самые масштабные прошли к 300-летию Лавры, которое отмечалось в 2013 году. Но на самом деле это процесс постоянный. Наша главная заслуга, что к сегодняшнему дню мы смогли сохранить лаврские здания от разрушения. Буквально недавно состоялся конкурс на разработку масштабного проекта реставрации монастыря и приспособлению зданий к современным условиям. Он рассчитан на 10 лет.

Что касается монашеской жизни, то даже в синодальный период братия зачастую занималась несвойственными монастырю делами. Церковь в синодальный период была государственной. Лавра — ее насельники, хоры и так далее — прямо участвовала в жизни империи и императорского двора. Ученое монашество трудилось в различных синодальных учреждениях, то есть фактически участвовало в государственных делах. Лаврские хоры — братский и митрополичий — всегда принимали участие в государственных парадах, в императорских днях.

Сегодня это не так, и мы постарались при возрождении Лавры все-таки вывести монастырь и монашеское делание на первое место. Но современные условия жизни, к тому же жизни в центре мегаполиса, вносят свои коррективы. Вокруг кипит жизнь, которая проникает и за наши толстые стены. Много паломников и туристов приезжают, для них организован Паломнический центр, устроены гостиницы, проходят экскурсии. По воскресным дням и большим праздникам главный храм Лавры – Троицкий собор – всегда полон. Братии бывает нелегко уединиться, но с этим ничего не поделаешь.

- Как устроен быт современной Лавры, ведь огромные территории требуют постоянного внимания?

- Территория Лавры открыта с 5:30 до 23:00, монастырские храмы – примерно до 20:00. Чтобы успеть к первой совместной братской молитве, монахи встают в 5.00 — 5.30. Ежедневно у нас совершаются две литургии – ранняя в 7:00 и поздняя в 10:00, а в 17:00 – вечернее богослужение. Начиная с 8 утра каждые два часа служатся молебны с акафистом перед главной монастырской святыней – мощами святого благоверного князя Александра Невского.

Между богослужениями монахи расходятся по послушаниям. Кроме обычных дел по самообслуживанию работают, например, в монастырских мастерских, в канцелярии, в сыроварне, в Паломническом центре. Есть воскресная школа и курсы катехизации для взрослых – их тоже курирует братия.

Я сам каждый день совершаю обход Лавры, слежу не только за хозяйственными, но и за реставрационными работами.

Мы городской монастырь, поэтому каких-то принципиальных особенностей у нашего прихода нет. Разве что остался костяк прихожан, составлявших общину Троицкого собора еще как приходского храма Санкт-Петербурга. Жаловаться грех: нашу Лавру горожане любят! В надвратной церкви мы проводим венчания, в крипте Троицкого собора устроили крестильный храм с настоящим баптистерием.

- Какова роль и значение АлександроНевского братства в жизни обители?

- Историческое Александро-Невское братство появилось с началом гонений на церковь, а конкретно – в 1918 году, после убийства отца Петра Скипетрова. Когда были осуществлены попытки насильственного захвата Лавры, на ее защиту встали прихожане. Испросив благословения Святейшего Патриарха Тихона, они образовали братство. По мере того как государство уничтожало храмы, священнослужителей и монашествующих, это объединение стало брать на себя церковные функции. В братство Александра Невского входили и монашествующие (архимандрит Лев Егоров), и светские люди, которые переживали за церковь и хотели сохранить веру, мужчины и женщины (например, Кира Оболенская, ныне прославленная как новомученица). Когда необходимость в защите Лавры отпала в связи с ее закрытием, братчики стали вести обучение в кружках — церковнославянскому языку, богослужению, шитью церковной одежды и т. д.

То братство было разгромлено в 1932 году. Мы возобновили его в 2008-м для того, чтобы оно занималось духовно-просветительской деятельностью. Большое внимание уделяется патриотическому воспитанию молодежи и возрождению исторической памяти о подвиге новомучеников. Монахи участвуют в деятельности братства. Например, духовник Санкт-Петербургского отделения иеромонах Прокопий (Павлов) следит за тем, чтобы в дни памяти братских святых непременно совершались богослужения, ежегодно составляет памятку для братчиков с датами, в которые планируется проведение братских литургий. Некоторые службы совершаются в домовом храме преподобного Серафима Вырицкого. Богослужения посвящены памятным датам, связанным с именами святого благоверного князя Александра Невского и братчиков, прославленных в лике новомучеников.

Члены братства курируют православное сообщество педагогов, принимают участие в комплектовании лаврской библиотеки. Еще одно из заметных направлений деятельности — организация курсов церковнославянского языка. Издан и полностью выложен на сайте Александро-Невского братства видеокурс филолога Сергея Наумова по церковнославянскому языку. Это передачи, в свое время выходившие на телеканале «Союз».

Члены братства принимают участие в возрождении храма Николая Чудотворца в Сойкино, Кингисеппского района Ленобласти, так называемой Сойкинской святыни. Здесь у Лавры устроен скит. Братчики приезжают на молебны, которые совершаются в престольные праздники возрождаемой Никольской церкви и новопостроенного храма-часовни святого благоверного князя Александра Невского, приводят в порядок прихрамовую территорию.

- Монашеская жизнь возродилась около 25 лет назад, как за это время изменилась жизнь насельников? Как можно стать насельником, что для этого нужно?

- Всех паломников я всегда прошу молиться о монахах на Невском проспекте. Когда митрополит Владимир (Котляров) перевел меня сюда с Коневского монастыря на острове Коневец, тут было всего восемь насельников, которые занимали шесть келий-комнатушек. Сегодня в штате у нас 65 монашествующих. Десять из них, правда, окормляются у правящего архиерея Санкт-Петербургской епархии, так что непосредственно в моем распоряжении 55 насельников.

Также монахи живут в двух лаврских скитах в Ленобласти – Андреевском и Никольском.

С самого начала мы не очень спешили принимать всех желающих поступить в монастырь. Как я уже говорил, монашество на Невском проспекте имеет свои особенности. Брать сюда людей, не укрепленных в вере, не до конца уверенных в том, что им следует идти монашеским путем, гибельно для самих этих людей.

Насельник Лавры должен быть не только духовно сильным, но и грамотным, готовым ответить на любой вопрос, поскольку каждый день здесь бывает тьма народу, и вопросы они задают самые разные. Стремлюсь к тому, чтобы все насельники имели духовное образование, у нас почти все его имеют. Бывает, что молодые люди приходят трудниками, и, если мы решаем их принять в число послушников, я обязательно призываю их получить образование.

Сегодня, когда к нам кто-то просится, я всегда советую взять отпуск и просто пожить у нас. Человек присматривается к монастырю, и братия к нему присматривается. Я всегда советуюсь по вопросу приема в братию с Духовным собором. Если я или они говорят «нет» — значит, нет. Братия — это семья. Если человек не стал в монастыре братом для остальных, он здесь долго не проживет.

Конечно, монахом можно быть и на базаре. Дело ведь во внутреннем состоянии человека, куда бы он ни попал, где бы ни был.

- Появились ли какие-то нововведения, которые позволяют компенсировать ограничение посещения обители в связи с коронавирусной инфекцией?

- Сейчас уже нет никаких жестких ограничений для посещения Лавры. Монастырь открыт, богослужения совершаются ежедневно, и люди приходят, молятся вместе с нами. Единственное, о чем мы просим – поберечься людей из группы риска, пожилых и с хроническими заболеваниями. И, конечно, все необходимые санитарные меры, рекомендованные Роспотребнадзором и утвержденные Священным Синодом, мы соблюдаем.

Во время карантина многие храмы организовали прямые трансляции богослужений. В Лавре мы их сделать не смогли по техническим причинам – толстые стены Троицкого собора не пропускают достаточный сигнал мобильной связи для ведения прямой трансляции в интернете. Но мы старались не терять связь с прихожанами, записывали проповеди и небольшие фрагменты богослужений, фотографировали, и пресс-служба монастыря выкладывала все в социальных сетях Лавры. Людям нравилось, было много благодарных отзывов. Некоторые насельники организовывали прямые эфиры, где отвечали на вопросы прихожан, вели катехизаторские беседы онлайн.
Но все это временные меры. Сейчас люди возвращаются в храмы, и все постепенно становится как раньше. Лавру любят, и мы рады, что несмотря на разлуку, люди нас не забывали.

Официальный сайт Калужской епархии