Понедельник, 28 Сентябрь

Подписывайтесь на страницы Александро-Невской Лавры в социальных сетях ВКонтакте, Instagram



Иконостасы. История и традиции. Часть 1

Алтарь православного храма - это Святая святых и образ Царства Небесного. От остального храма он отделен иконостасом — перегородкой с находящимися на ней иконами. Таким образом, иконостас соединяет собой мир горний и земной. Символика иконостаса — идея храма как «земного неба».

Профессор Ю.Г. Бобров пишет о том, что раннехристианская церковная архитектура, используя принципы построения античных базилик (административных зданий), где особая решетка отделяла места судей и писцов, отделяет алтарь от храма невысокой алтарной перегородкой. По другим источникам, Василий Великий в IV веке повелел устроить преграду в алтарь и завесу, которая не позволяла бы заглядывать в него. Но это еще не был иконостас в его современном виде. В ту эпоху алтарная преграда, как правило, представляла собой ряд колонн, увенчанный поперечной балкой, называемой «архитрав», и имела как диаконские, так и Царские врата, над которыми находился крест. Все элементы преграды были богато украшены резьбой по дереву. Историк Евсевий Кесарийский (263-340 гг.) описывал в своих трудах алтарные преграды храмов в таких городах, как Тир и Иерусалим. Но иконы на перегородку начали ставить гораздо позднее. Вначале на архитраве делались рельефные или эмалевые изображения.

Н.П.Кондаков именовал период IX-XII веков временем вторичного расцвета византийского искусства. В XI веке храмовая роспись принимает окончательные формы и становится сложившейся системой. Таким образом, именно в постиконоборческий период формируется канон церковного искусства. Это было связано с тем, что в течение длительного периода господства иконоборческой ереси (около ста лет) у некоторой части населения сформировались ложные взгляды на церковное искусство. Подобные заблуждения, как и, в свое время, язычество, невозможно было исправить одним императорским указом. Протоиерей Георгий Флоровский, исследовав исторические корни иконоборчества, утверждал, что оно стояло на языческих позициях платонизма и дохристианского эллинизма. Этой древней дихотомии - разделения на дух и материю, - лежавшей в основе эллинистического мировоззрения, придерживался и Ориген. Поэтому иконоборцы, повторяя ересь Оригена о том, что вещество иконы является преградой для духовной жизни, также скатывались в язычество. Таких взглядов придерживалась часть византийской знати (например, Евсевий Кесарийский в письме к императрице Констанции), особенно почитавшая культуру эллинизма и потому с трудом воспринимавшая полноту Евангельского благовестия. Как считал Л.А.Успенский, именно эта трудность и являлась основой всех ересей. Поэтому в VIII веке (во времена иконоборческой ереси) в среде иконопочитателей возникла необходимость не только богословского осмысления символики алтарной преграды, но и ее апологетики. Первое сочинение с богословским толкованием алтарной преграды было написано святителем Германом I Константинопольским до 754 года. Дальнейшая борьба за восстановление в сознании людей православного понимания образа в искусстве отразилась не только в определениях Седьмого Вселенского собора 787 года, но также Поместных соборов 843 года и 869-870 годов. Не случайно тогда же алтарная преграда начинает украшаться иконами. По мнению Ю.Г.Боброва, уже в IX веке император Василий Македонянин и его преемники украшали архитравы церквей изображениями Спасителя. Позже, в процессе продолжающейся борьбы за православное восприятие образа, поверх архитрава кроме креста стали помещать эпистили или темплоны с оглавными изображениями Спасителя и святых. Эти вытянутые в длину доски, своим расположением на архитраве символизировавшие Торжество Православия, должны были напоминать верующим о равночестности святых икон с Крестом и Евангелием. По середине такого эпистиля помещался «Деисис», получивший на Руси название Деисусного чина, и изображавший Иисуса Христа с предстоящими Ему в молитве Пресвятой Богородицей и Иоанном Крестителем. В ранне- и средневизантийский период «темплоном» именовалась невысокая алтарная преграда с тремя проемами — Царских и боковых диаконских врат. При этом горизонтальная балка, поддерживаемая не менее, чем четырьмя колоннами, называлась «космитом».

В XII веке поперечные балки украшались эпистилями с Евангельскими сценами. На Синае в капелле святых равноапостольных Константина и Елены (монастырь Святой Екатерины) сохранились несколько таких эпистилей со сценами христологического и богородичного циклов. Считается, что уже в XI веке некоторые византийские храмы имели двухъярусные иконостасы с этой композицией, а иконы Спасителя и Богородицы размещались на колоннах по бокам от Царских врат. Таким образом, для каменных храмов делалась алтарная преграда с Деисусом над архитравом. Так, например, архитрав XII века храма Святой Софии Константинопольской (VI век) украшали серебряные диски с изображениями, совпадавшими с основными образами иконостаса. Колонны, поддерживавшие архитрав, были выполнены из серебра. Сквозные проёмы между ними оставались пустыми. Там же встречается мозаичное изображение композиции «Деисис».

В XIII-XIV веках полемика гуманистов и исихастов затронула также и церковное искусство. Но не только с паламитскими спорами было связано увеличение числа икон в алтарной преграде. Оно было связано также с поисками стройной богословской системы образного истолкования ее центральной темы - таинства Евхаристии. Позже в России это будет способствовать созданию тематики русского классического иконостаса XV века. Очевидно поэтому кроме эпистилиев формируются также длинные Деисусные ряды из отдельных икон, вначале оглавных и оплечных, а позже поясных. Среди дошедших до нас синайских икон начала XIII века сохранились фрагменты такого Деисусного чина. Это поясные иконы Спасителя, Божией Матери и Иоанна Предтечи, составляющие так называемый «триморфон», а также располагавшиеся по бокам иконы Архангелов Михаила и Гавриила. При этом наклон голов Архангелов и поворот к центру указывает на то, что Михаил находился справа от «триморфона», а Гавриил слева. То же можно сказать об оглавной иконе XII века «Ангел златые власы» из Русского музея. По иконографии это Архангел Гавриил, занимавший место в левой части Деисусного чина. Святитель Симеон Солунский в XV веке составил византийское истолкование Деисусного чина, объясняя появление поясных изображений в нем не только желанием изографов приблизить образы к верующим, но и символическим указанием (например, купольный Пантократор) на их небесную природу. Святитель пишет: «Икона Спасителя располагается в центре над эпистилем среди икон Богоматери и Крестителя, и ангелов, и апостолов, и святых. Эти иконы возвещают, что Христос пребывает на небесах среди своих святых, и Он также пребывает среди нас сейчас, и Он прийдет вновь». Сохранилось описание святителем Симеоном Солунским и ранневизантийского иконостаса: «Над двумя столпами находится фриз с карнизом, который означает союз любви, связь и соединение святых со Христом и с горними святыми ангелами».

В XIV веке появляется традиция размещать иконы в проемах между колоннами, положившая начало «местному ряду» иконостаса. Так, например, в храмовом искусстве Кипра и Крита в поствизантийский период возникает трехрядный иконостас, имеющий кроме поясного Деисусного чина еще местный и праздничный ряд. Такой иконостас позже дал начало высоким русским иконостасам. Афонские иконостасы XIX века представляют собой трех или четырехрядную архитектурно расчлененную досчатую стену. Эта богато украшенная резьбой стена со вставленными в нее иконами мало чем отличается от высоких русских иконостасов XIV-XVII веков.

Русские высокие иконостасы XIV-XVII веков.

Хранящаяся в Третьяковской галерее горизонтальная икона трехфигурного Деисуса XII-XIII веков с оглавными изображениями очевидно была предназначена для установки на архитрав. То есть конструкция перегородки в русских храмах первоначально повторяла византийские иконостасы.
Со временем, однако, русские алтарные преграды увеличивались в высоту, получая дополнительные ярусы икон. Это было особенно характерно для деревянных храмов, так как в них отсутствовала настенная роспись.

Таким образом, славянские народы, не имевшие эллинистических традиций, вступая в лоно Православной Церкви привносили свои местные представления о священных изображениях и свой тип святости, обогащая церковное искусство и придавая ему еще большее разнообразие художественных форм. В 1408-1410 годах преподобный Андрей Рублев совместно с Даниилом Черным создали первый многоярусный иконостас для Успенского собора города Владимира. Важной особенностью этого 4-х рядного иконостаса было то, что он состоял из пяти отдельных вертикальных конструкций, закрепленных в трех проемах апсид и в боковых нефах. Еще одной особенностью этого иконостаса были поясные иконы нового яруса, пророческого чина, располагавшиеся над праздничным чином. Между праздничным и местным ярусами находился огромный Деисус. В Третьяковской галерее и Русском музее сохранились 13 икон этого ряда высотой 314см.

Невозможно переоценить вклад преподобного Андрея Рублева и в создание классического многоярусного иконостаса. Он был создан в 1425-1427 годах для Троицкого собора Троице-Сергиева монастыря. Это был первый цельный иконостас, неразделенный столпами на отдельные части. Именно для него были написаны иконы преподобными Андреем Рублевым и Даниилом Черным.

Особенностью конструкции многоярусного тяблового иконостаса XV-XVII веков являлось то, что иконы в них устанавливались, как на полках, на горизонтальных балках «тяблах» (от греч. «темплон»). Эти тябла украшались окладами и расписывались. Вертикальные столбики, разделяющие иконы, появились позднее.

Самый большой иконостас XVII века высотой 27 метров, созданный зодчим Яковом Григорьевичем Бухвостовым в 1693-1699 годах, находится в Успенском соборе Рязанского кремля. Он имеет семь ярусов и завершающий пояс резных картушей. Но наиболее распространенным на Руси в допетровскую эпоху был пятирядный иконостас. Первый сверху ряд иконостаса, называемый праотеческим, был добавлен в XVI веке. В нем находятся святые праотцы от Адама до Моисея, а в центре ряда всегда изображается «Троица Ветхозаветная». Второй ряд иконостаса посвящен ветхозаветным пророкам, возвестившим пришествие в мир Спасителя от Богородицы и Приснодевы Марии и потому в центре этого ряда, как правило, изображается икона Богородицы «Знамение». В XV веке его устанавливали над праздничным. Третий ряд пятирядного иконостаса называется «Деисусным». В центре этого ряда обычно изображался «Спас в силах». На этой иконе Иисус Христос изображался как грозный Судия всего мира. Новые иконографические сюжеты появляются при митрополите Макарии во второй половине XVI века. При Патриархе Никоне еще одним новшеством стал Деисус с двенадцатью апостолами. Это было сделано по примеру сложившемуся в то время греческому обычаю. Четвертый — праздничный ряд — повествует о событиях Нового Завета, которые отразились в двенадцати Господских и Богородичных праздниках. Его в XIV веке ставят над Деисусом. Но уже в Архангельском соборе Московского Кремля праздничный ряд был перенесен под Деисусный чин и расположился над местным чином. По мнению Ю.Г.Боброва, в XV-XVI веках некоторые иконостасы насчитывают в праздничном ярусе уже до двадцати икон с изображением различных Евангельских событий.

В XVI веке появляется обычай писать ростовые пророческие чины, но сохраняется обычай писать поясные деисусные. Пятый ряд иконостаса называется «местным», так как в нем обычно находятся изображения Спасителя, Божией Матери и местных святых. В XVII веке наряду с классическими пятиярусными иконостасами появлются шести и семиярусные (Большой собор Донского монастыря в Москве). Один из сохранившихся девятиярусных иконостасов (1692г.) находится в Московской церкви Пресвятой Троицы (Останкино).